Глобальные проблемы

Иностранцы, завербованные на войну России в Украине, столкнулись с жестокой реальностью

Иностранные наемники, которых заманили обещаниями гражданства и высоких зарплат, оказываются на передовой.

Вернувшиеся из российской армии и члены их семей на акции протеста у посольства России в Катманду, Непал, 6 февраля 2024 года. Десятки непальцев погибли, и многие получили ранения, воюя на передовой в Украине. [Субаас Шреста/NurPhoto/NurPhoto via AFP]
Вернувшиеся из российской армии и члены их семей на акции протеста у посольства России в Катманду, Непал, 6 февраля 2024 года. Десятки непальцев погибли, и многие получили ранения, воюя на передовой в Украине. [Субаас Шреста/NurPhoto/NurPhoto via AFP]

Global Watch |

Обещания богатства и гражданства обернулись страхом, эксплуатацией и гибелью для тысяч иностранных наемников, завербованных для участия в войне России против Украины.

Для мужчин из бедных стран перспектива зарабатывать $2 500 в месяц и подъемные $5 000 выглядели как спасательный круг. Но то, что начиналось как мечта, очень быстро превратилось в кошмар на поле боя.

Зависимость России от иностранных наемников выявляет структурные проблемы в ее вооруженных силах.

Внутри страны Кремль расширил призыв, привлек заключенных и стал предлагать все более щедрые бонусы за подписание контрактов, чтобы поддерживать свои действия в Украине.

Однако более миллиона убитых и раненых с начала полномасштабного вторжения в 2022 году вынудили Россию привлекать иностранных бойцов, чтобы заполнить пробелы.

Вербовочная ловушка

Российские вербовщики используют Teлеграм, чтобы заманивать мужчин из бедных стран, предлагая им подписывать контракты для участия в войне России в Украине.

Иностранные бойцы из стран с низким уровнем дохода, включая Йемен, Сирию, Египет, Марокко, Ирак и Кот-д’Ивуар, а также другие государства, стали приоритетной целью вербовщиков, обещавших гражданскую работу по охране нефтяных объектов в России.

Отчаявшимся и не имеющим иных вариантов мужчинам, по многочисленным свидетельствам, предлагали годовой контракт с российской армией, высокие зарплаты и гражданство.

В течение нескольких часов после первого контакта вербовщики уже встречали их в аэропортах и доставляли в центры набора в Брянске, на западе России.

После этого российские военные изымали у новобранцев паспорта, утверждая, что берут на себя оформление документов, и обещали освободить их от участия в боевых действиях за $3 000 из подъемной выплаты.

Однако контракты были составлены на русском языке, которого никто из этих мужчин не понимал, и уже через месяц новобранцы оказывались на передовой после 10 дней подготовки и без боевого опыта.

Жизнь на передовой

После прибытия в зону боевых действий обещания безопасности и службы в тылу быстро сходили на нет.

Свидетельства иностранных бойцов указывают на суровые и беспощадные условия жизни на передовой, где гремят непрекращающиеся взрывы, идут непрерывные обстрелы и существует постоянная угроза ранения или гибели. Для многих выживание остается лишь кратким проблеском надежды на фоне военного хаоса.

Поле боя представляет собой зону масштабных разрушений, а человеческие потери невозможно игнорировать. Ранения носят массовый характер, поскольку осколки и обломки после взрывов нередко оказываются столь же смертоносными, как и сами удары. Речь идет об обстановке непрерывного насилия, где грань между жизнью и смертью предельно тонка.

Зловещая сторона происходящего выходит за пределы непосредственных опасностей боя. Тела погибших стали обычным зрелищем: их часто оставляют на месте гибели или в спешке складывают в импровизированные захоронения. Отсутствие уважения к мертвым подчеркивает дегуманизирующую природу конфликта, в котором люди рассматриваются как неизбежные потери в широком геополитическом противостоянии.

Для многих иностранных бойцов обещание ограниченного по срокам контракта быстро теряет силу.

В соответствии с российским указом 2022 года, контракты военнослужащих могут автоматически продлеваться до завершения войны, удерживая их в состоянии постоянной опасности и неопределенности. Отсутствие ясности в вопросе о том, когда — или смогут ли вообще — они покинуть фронт, усугубляет психологическую нагрузку наряду с серьезными физическими рисками.

Жизнь на передовой — это не только тест на выживание, но и погружение в мир, где страх, насилие и потери определяют каждую минуту. Для тех, кто оказался в этой мрачной реальности, поле боя — не просто место боевых действий, а пространство, где исчезает надежда и испытываются пределы человеческих возможностей.

Система обмана

Практика вербовки, используемая Россией, наглядно демонстрирует, как отчаяние может быть превращено в инструмент геополитической выгоды.

Нацеливаясь на мужчин из экономически неблагополучных стран, Кремль создал устойчивый приток иностранных бойцов для продолжения войны в Украине. Это приводит к человеческим потерям, погружая семьи в траур и удерживая наемников в ловушке страха.

История иностранных наемников — это жесткое напоминание о том, до каких разрушительных масштабов может доходить стремление поддерживать конфликт и какую цену за это платят оказавшиеся в зоне боевых действий.

ам нравится эта статья?