Китай усиливает позиции в Южно-Китайском море новым искусственным островом

По материалам Global Watch | 2026-05-22

В действии, которое в значительной степени осталось вне внимания международного сообщества, Китай перехватил инициативу на рифе Антилопы — малоизвестном рифе на Парасельских островах примерно в 400 километрах от побережья Вьетнама и в пределах более широкого морского коридора, гдеКНР своим давлением подвергает испытанию свободу судоходства и систему сдерживания в регионе.

С октября 2025 года более 22 фрезерных земснарядов работали с бешеной скоростью, чтобы насыпать без малого 1 490 акров [6 кв. км] новой суши. Об этом свидетельствует анализ спутниковых снимков Asia Maritime Transparency Initiative при Центре стратегических и международных исследований.

При сохранении таких темпов этот объект может превзойти риф Мисчиф и стать крупнейшим искусственным островом Китая в Южно-Китайском море.

При осуществлении проекта, в котором участвуют дочерние предприятия находящейся под американскими санкциями Китайской компании коммуникаций и строительства, экипажи систематически отключали транспондеры автоматической идентификационной системы на пути следования судов из устья реки Чжуцзян, что было очевидным нарушением международных конвенций по безопасности мореплавания.

Сегодня инфраструктура объекта включает причалы для судов с горизонтальной погрузкой (типа «ро-ро»), вертолетную площадку, бетонный завод и более 50 строений.

Эксперты Asia Maritime Transparency Initiative (AMTI) при Центре стратегических и международных исследований отмечают, что в лагуне этого объекта можно разместить «дополнительные силы береговой охраны, а также многочисленные формирования морского ополчения». Благодаря этому китайские суда смогут дольше и в большем количестве находиться в спорных водах.

Вьетнам, претендующий на риф наряду с Китаем и Тайванем, впервые выразил официальный протест только в марте 2026 года, через пять с лишним месяцев после того, как Пекин начал намыв территории.

«Вьетнам решительно выступает против подобных действий», — заявила официальный представитель МИД Вьетнама Фам Тху Ханг, добавив, что любые действия иностранных государств в районе Хоангша (вьетнамское название Парасельских островов) без согласия Ханоя «абсолютно противозаконны и недействительны».

Пекин отверг эти возражения.

Официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь заявил, что Парасельские острова, известные в Китае как Сиша, — «неотъемлемая территория» Китая. По его словам, строительные работы необходимы для улучшения условий жизни и труда жителей, а также для развития местной экономики.

Знакомый сценарий

Это соответствует схеме, которую Пекин уже неоднократно отрабатывал ранее.

Китай контролирует Парасельские острова с 1974 года, когда захватил их у Вьетнама. Однако масштаб и скорость работ на рифе Антилопы повторяют создание искусственных островов на Спратли в 2013-15 годах. Тогда в архипелаге появились семь новых объектов, которые создавались несмотря на значительный ущерб для окружающей среды и протесты соседних государств.

Аналитики британского Open Source Centre называют эту работу очередным этапом китайских усилий по возведению «Великой песчаной стены», отметив, что регион уже располагает сетью аэродромов, глубоководных портов и систем ограничения доступа.

Если по поводу прямой военной логики по-прежнему идут споры, оперативная ценность очевидна.

Риф Антилопы расположен примерно в 300 километрах от Саньи — крупного китайского военно-морского и авиационного узла на острове Хайнань — и примерно в 400 километрах от Дананга. Если объект будет развит по модели более крупных китайских баз на Спратли, это позволит расширить возможности Пекина по наблюдению, улучшить логистику береговой охраны и морского ополчения, а также создать дополнительные резервные возможности для военно-морских и воздушных операций в северной части Южно-Китайского моря.

В соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву (UNCLOS), искусственный намыв территории, с юридической точки зрения, не может превратить затопленный риф, участок, выступающий над водой только во время отлива, или непригодную для проживания скалу в полноценный юридический остров.

Конвенция определяет, что искусственные острова «не обладают статусом островов» и не имеют собственного территориального моря.

Искусственный намыв территорий не меняет их юридического статуса.

Арбитражный трибунал по делу «Филиппины против Китая» в 2016 году четко подтвердил этот принцип, когда отклонил многие морские претензии Пекина и постановил, что юридические права должны оцениваться в соответствии с естественным состоянием географического объекта, а не его последующими изменениями.

Эксперты по морскому праву отмечают, что последствия нарушения этих принципов могут быть значительными.

Лоуэлл Баутиста, эксперт в области морского права из Университета Западного Сиднея, в своей аналитической статье, опубликованной CNA и Институтом Лоуи, отметил, что риф Антилопы демонстрирует «растущий разрыв между правовыми нормами и фактической реальностью».

Он полагает, что новый китайский форпост «не создаст правовых оснований, но позволит формировать контроль над спорными водами».

Давление на международные нормы

Приближается десятая годовщина арбитражного постановления по Южно-Китайскому морю 2016 года, но угроза для основанного на правилах международного порядка возрастает.

Китай назвал постановление юридически ничтожным, но на время приостановил масштабное строительство искусственных островов. Стремительные работы на рифе Антилопы теперь станут проверкой: позволит ли международное сообщество нормализовать подобные односторонние изменения морской географии.

При этом позиция Вьетнама отчасти осложнена тем, что он и сам ведет ограниченный искусственный намыв территорий на архипелаге Спратли.

В недавнем аналитическом материале Австралийского военно-морского института отмечается, что строительство островов Ханоем также меняет оперативную обстановку, даже несмотря на то, что расширение рифа Антилопы еще больше увеличило преимущество Пекина по площади намытых территорий и масштабам разрушения рифов.

Но даже так эта асимметрия имеет важное значение.

Исследователи сингапурской Школы международных исследований имени С. Раджаратнама (RSIS) отмечают, что стороны, претендующие на Южно-Китайское море, придерживаются разных стратегий в зависимости от возможностей, политической воли и готовности к риску, тогда как напористые действия Китая не ослабли после решения 2016 года.

Поэтому более реалистичным выглядит узконаправленный иск, сосредоточенный на экологическом ущербе и нарушении морских прав Вьетнама, а не широкая конфронтация по вопросам суверенитета.

Скоординированные ответные меры не только возможны, но и давно назрели

Практическими шагами могут стать повышение прозрачности за счет совместного спутникового наблюдения, адресное экономическое давление на китайские структуры, осуществляющие этот проект, и дипломатическая поддержка узкоспециализированного арбитража.

Такие меры не требуют эскалации, но повысили бы издержки изменения фактической обстановки на море. При этом сохранялась бы и юридическая основа, заложенная в Конвенции ООН по морскому праву.

Европа также имеет явный интерес в поддержании этих норм. Ее экономики в значительной степени зависят от стабильных морских путей Индо-Тихоокеанского региона для торговли и цепочек поставок, а созданный прецедент имеет значение далеко за пределами Юго-Восточной Азии.

Без должной реакции такие постепенные шаги, как риф Антилопы, могут подтолкнуть Пекин к аналогичным действиям в Южно-Китайском море и за его пределами, особенно на фоне того, как союзнические сети доступа, наблюдения и логистики становятся все более важными для сдерживания давления.

Время для скоординированного ответа настало уже сейчас — до того, как застынет бетон и в спорных водах закрепится новый прецедент.